Сотрудники службы безопасности, архивное фото

Хроники террора в Казахстане: почему власти долго не признавали угрозу

1064
(обновлено 12:03 22.01.2019)
Первые упоминания о радикальных исламистах в Казахстане появились в начале 2000-х. Общественности они стали известны после уничтожения радикалов в Алматы, в доме на площади Республики, в 2000-м. Но еще много лет власти не использовали в сводках и сообщениях слова с корнем "террор". Вплоть до 2011 года. Тогда скрывать угрозу стало просто невозможно

Долгий путь осознания

Спецоперация в Алматы в 2000 году, в которой были уничтожены члены террористической группировки "Восточный Туркестан", на тот момент действовавшей в Китае, а здесь лишь добывающей средства для сопротивления, должна была всерьез насторожить силовиков и руководство страны. Но этого не произошло.

Как силовики, так и власти либо были уверены, либо заставили себя поверить в то, что это было разовое столкновение с "залетными".

Однако все оказалось не так. Потому что в следующие семь лет по стране правоохранительным органам пришлось столкнуться с большим количеством случаев, в которых так или иначе были замешаны радикалы самых разных мастей.

Еще в 2013 году известный казахстанский политолог Марат Шибутов, располагая большим количеством оперативных данных за предыдущие годы, в своем докладе на круглом столе "Security 2013: тренды, риски, сценарии", обнародовал близкие к действительности факты. С 2003 по 2007 год за террористическую деятельность были осуждены 89 человек.

Впервые терроризм как явление признали в 2011 году

2011 год стал переломным. Спецоперации с участием "маски-шоу", проводимые в разных регионах страны на глазах у сотен очевидцев, которые все снимали на гаджеты и выкладывали в социальные сети, скрывать было уже невозможно. Особенно потому, что практически каждому захвату предшествовало убийство сотрудников правоохранительных органов.

Тем не менее делать хорошую мину при плохой игре госорганы и силовики пытались до последнего. Такое явление, как терроризм, перед высшим руководством страны они признать боялись. Ровно до тех пор, пока в руки силовиков не попали документы, которые действительно показали, насколько все серьезно.

В ходе очередной стычки с боевиками и после их уничтожения в руки спецслужб попали бумаги, которые наделали немало шума: имена, фамилии, места проживания и прочие данные высоких полицейских и государственных чинов Алматы, которые по задачам террористической ячейки должны были быть ликвидированы. А по-простому убиты. Значилась в этом списке и фамилия бывшего акима Алматы Ахметжана Есимова.

Информация об этом быстро просочилась в прессу. Осведомленность террористов всерьез испугала казахстанцев. Теракты, в том числе и с применением взрывчатки, зарегистрированные в 2011 году, как в разных регионах, так и в столице, только усилили страх перед угрозой.

Подготовка и проведение терактов в Атырау 2011 года, детали которых стали известны спецслужбам, – тема для отдельного расследования. Однако именно после них власти впервые признали угрозу терроризма и объявили об этом во всеуслышание. Спецслужбы, обычно скупые на детали, дали журналистам исчерпывающие данные для публикации.

Годовая "передышка" и новые вызовы

После терактов в Атырау наступило затишье. И власти страны вновь стали успокаивать обывателей тем, что произошедшее – ситуация единичная и не характерная для казахстанских реалий.

Следующий случай, когда властям пришлось признать, что радикализация молодежи в некоторых регионах страны реально угрожает безопасности, произошел в Таразе в 2012 году.

Террорист-одиночка Максат Кариев расстрелял двух сотрудников Комитета нацбезопасности, следивших за ним, устроил нападение на оружейный магазин, выстрелил из гранатомета в окно здания ДКНБ области, расстрелял полицейских, бродя по городу, и совершил самоподрыв гранатой, после того как его попытались задержать. Дальше скрывать, что угроза терактов в стране реальна, больше никто не стал.

Вероятно, именно период времени с 2010 по 2012 годы стал переломным в становлении террористических группировок в Казахстане. Прежде их задерживали после убийства патрульных, которые застали их при совершении общеуголовных преступлений. Теперь же они открыто вышли на тропу войны с силовиками, показывая свои неокрепшие пока, но мускулы. Вызов был брошен.

Они несли смерть "погонам"

Сейчас сложно сказать, на сколько каждая из ячеек террористов и экстремисты-одиночки централизованно подчинялись какой-то из террористических организаций. Такие данные наверняка есть у спецслужб, но они никогда не будут озвучены для широкого круга общественности.

Тем не менее тактика, которую избрали радикалы, сейчас широко известна. Своими нападениями на силовиков они должны были напугать людей, показав: "Государство не может защитить себя. А значит и все остальные не могут чувствовать себя в безопасности".

С 2012 года, когда Максат Кариев совершил в Таразе кровавый "променад" по городским улицам, наглым образом доказав всему Казахстану, что силовики не готовы к эффективному отражению подобных угроз, началась эра открытого противостояния экстремистов с властью.

Западный Казахстан, Алматы и его пригороды, Актюбинская область. Бандиты выходили на улицы с оружием и убивали полицейских. Наглость не знала предела. Им удавалось убивать стражей порядка даже на рабочих местах, к примеру, в помещениях участковых пунктов полиции.

Каждая акция бандитов, которую они планировали, была устроена именно против власти. Если в числе жертв и оказывались гражданские, то это было скорее случайностью.

Приблизительно такая тактика террористических вылазок использовалась во всех странах мира, которые становились мишенью радикалов. Но все это было временно. Не сумев запугать власть, обычно экстремисты переключались на террор против простых людей, устраивая теракты в людных местах, в которых гибли гражданские. И, к счастью, Казахстан пока не перешагнул эту суровую черту. Кстати, во многом благодаря тому, что силовики продолжают бросать немалые силы на ликвидацию террористического бандподполья.

"Для массового распространения и закрепления своих идей, салафитам, которые и представляют основную массу террористов, необходимо время и непрепятствие. В настоящее время этому мешают как раз МВД и КНБ. Поэтому террор направлен на запугивание сотрудников данных органов", — отмечал еще в 2013 году казахстанский политолог Марат Шибутов.

Информацию о терактах журналистам приходилось "выгрызать"

Каждый террористический акт либо задержание и ликвидация террористов в нашей стране были окутаны завесой тайны.

Нет, о том, что происходит что-то ненормальное и необычное, люди знали. Но ни деталей, ни как себя вести, что делать, а что нет, непосредственные свидетели событий из уст представителей официальных органов власти просто не могли знать.

Любая спецоперация для рядового человека становилась красочным шоу, которое можно было заснять на "сотку" и выложить в соцсети. Никто не думал в этот момент о том, что может "поймать" шальную пулю.

К сожалению, взаимодействие между средствами массовой информации и силовиками на должном уровне не организовано до сих пор. Видимо, истину "кто предупрежден, тот вооружен" специальные службы в расчет не берут.

Мне, как журналисту, довелось побывать на местах многих происшествий, связанных с террором, в те самые моменты, когда общественность ждала новостей. Но даже самые большие чины, присутствовавшие на месте событий, отказывались прокомментировать хоть что-то. Должности были важнее: "А вдруг скажу что-то не то?".

При этом после теракта в Актобе и выхода алматинского стрелка Кулекбаева на улицы города власти озаботились подачей в СМИ "не соответствующей действительности" информации. Даже закон приняли о том, что за это "рыцарям пера" грозит наказание. Случилось это как раз после кулекбаевских похождений по Алматы.

Теперь "закрытую" информацию, даже если ты сам стал свидетелем определенных событий, озвучить нельзя. Если она разнится с официальной версией — предоставленной, в лучшем случае, через несколько часов после событий, которая уже совершенно неинтересна простому обывателю, потому что "протухла" — журналист может нарваться на "уголовку".

Через день после теракта в Актобе, в июне 2016 года, мне самому довелось побывать в этом городе по работе.

В пресс-службе областного УВД меня перенаправили в антитеррористический штаб и даже телефон дали. Он не отвечал три дня. Все те три дня, которые длилась моя командировка. При этом события, связанные с терактом, в городе происходили постоянно.

О теракте в Актобе в 2016 году, с нападением на оружейные магазины и воинскую часть, детально расскажу в следующей части серии материалов "Хроники террора в Казахстане".

1064
Теги:
исламизм, терроризм, Казахстан
Темы:
Как менялось "лицо" казахстанского терроризма (16)
Женщина и мужчина

Грузия, любовь и Карабах

76
(обновлено 13:54 01.10.2020)
Смешанных армяно-азербайджанских семей даже в Тбилиси немного - и каждая такая семья сегодня особенно переживает новую войну в Карабахе. С одной из таких семей дружит писательница Мариам Сараджишвили - в эти тревожные дни она решила узнать, как у них дела

Арзу снова посмотрела на часы. Уже десять, а ее Армена все нет и нет. Трехлетний Рашид по десятому кругу задавал вопрос:

- Когда папа придет?

Годовалая Гаянэ (Армен настоял именно на этом имени для дочки, хотя с точки зрения Арзу это было слишком старомодно) уже спала. Все домашние дела были переделаны, и надо было как-то уболтать сына лечь спать пораньше.

- Иди, мяним балам (азерб. "мой ребенок" - здесь и далее примеч. ред.), я тебе сказку расскажу.

Рашид подошел и пристроился рядом.

Арзу начала вспоминать, что же она рассказывала прошлый раз. У сына феноменальная память, и он не любит повторений.

Со двора донесся знакомый сигнал. Арзу выглянула из окна - наконец-то Армен приехал с работы. Но что-то поздно сегодня.

Через несколько минут муж уже заходил домой. Арзу, как и любая жена, с полувзгляда могла определить настроение отца семейства. На этот раз Армен был без преувеличения черного цвета.

- Что случилось?

Рашид подбежал и маленькой обезьянкой вскарабкался на почти двухметрового папу. Армен как-то судорожно стал целовать сына, а потом глухо обронил.

- Гагика убили. Там.

Арзу охнула. Это был ереванский племянник мужа, который несколько раз был у них дома. В этом году пошел на срочную службу. Армен еще показывал ей фотки с недавней присяги. И вот, в первый же день войны парня уже нет.

Арзу забрала малыша укладывать спать, сказав на ходу.

- Твой любимый "острый" на столе. Иди, отдохни, - потом подхватила сына на руки.

- Идем, Рашид, идем, джаным мяним (азерб. "душа моя"). Папа очень устал.

И на автопилоте стала рассказывать малышу сказку про ленивого Ахмеда. Мысли ее были далеко от содержания.

Выйти замуж за грузина и понравиться его родителям - история виртуального знакомства

Армяно-азербайджанский конфликт был у них дома табуированной темой. Слишком дорого пришлось заплатить обоим за их семейное счастье. Потому никогда не спорили на тему: "Чей Карабах", не швыряли друг в друга историческими датами и границами, не мерялись жертвами:

- А Сумгаит?

- А Ходжалы?

Хотя причин для возможной конфронтации хватало с лихвой. У Армена в Баку погибла семья родственников. У Арзу в Ходжалы убили двоюродную сестру.

Оба очень ценили ту гармонию, что имели, полное совпадение по всем вопросам и двух детей, на которых уходили все силы и строились надежды на будущее.

Но нельзя жить в обществе и быть свободным от него. Обходи - не обходи геополитику, а она достанет тебя даже тут, в Грузии, болью и горем.

Рашид заснул относительно быстро. И хорошо. Не стоит ребенку слышать о войне. Хотя кто-то, а точнее его же ровесники, сейчас не может заснуть от артобстрела, а кого-то забирают ангелы прямо сейчас туда, где нет ни границ, ни национальностей, а только мир и покой.

Призвание или семья - история тяжелого выбора гениального врача

Арзу накрыла сына одеялом и пошла на кухню, где, как всегда, царил образцовый порядок. Армен сидел над нетронутой тарелкой и смотрел воспаленными глазами в экран ноутбука, щелкал мышкой, выискивал новости с фронта.

Мельком взглянул на жену.

- Еще троих моих троюродных братьев призвали. Мобилизация. На похороны Гагика не смогу поехать. Границы закрыты.

Арзу обняла мужа и посмотрела на экран. В глаза бросился перечень потерь с двух сторон.

- Выключи, пожалуйста.

Армен не стал спорить и нажал на кнопку.

- Когда же это кончится?

Арзу думала примерно то же самое... Муж закурил, хотя это было против правил и запрещено из-за малышей. Но сейчас не стоило вспоминать о запретах. Нервы-то не железные.

- Знаешь, я вспомнил одну легенду, - начал Армен издалека, следя невидящим взглядом за сизыми кольцами дыма. - Не помню, где именно читал, но суть такая. Два народа воевали на протяжении многих лет. Прекращали и начинали снова. Причину не помню, вроде из-за земли, как всегда. Это и неважно.

В итоге все устали от этой войны, но никак не могли остановиться. Тогда старейшины решили обменять детей, совсем еще младенцев. Матери обоих народов дали клятву, что вырастят приемных, как своих. Обменяли всех, от сына царя до сына пастуха. Без исключений. И тогда война кончилась раз и навсегда. Никто не станет стрелять в своих детей.

Замуж за мигранта: история о любви со сложностями

Вот думаю, как это страшно отдать нашего Рашида кому-то и больше никогда не увидеть. Как он будет расти, каким станет, кого будет называть мамой и папой. А вместо него был бы у нас какой-то чужой ребенок.

- Чужих детей не бывает, - перебила его Арзу.

- Вот ты бы смогла поменять либо Гаянэ, либо Рашида? Я понимаю, что это дико звучит в двадцать первом веке.

- Война из-за геополитики звучит не менее глупо.

Арзу задумалась над вопросом. Дети дались ей очень тяжело. И сейчас сколько возни, пока их уложишь, какой рев устраивает Рашид из-за похода в детский сад, и сколько пришлось мучиться, чтоб отучить его от памперсов и соски. И сколько еще уйдет на них нервов в будущем, пока они вырастут.

И в любой момент эта выстраданная жизнь может быть оборвана одним выстрелом только потому, что политики, взрослые, вполне в себе уверенные мужики, никогда не вырастившие с пеленок ни одного ребенка самостоятельно, не могут найти соломоново решение, и им так легко принимать решение послать на смерть чужих детей.

Подумала и, тряхнув длинной копной волос, ответила: "Я бы отдала. Мир дороже наших привязанностей. И вырастила б чужого сына, как своего".

76
Теги:
семья, война, Грузия, Нагорный Карабах

Карабахское обострение: борьба заявлений и опровержений

128
Контрпропаганда на войне традиционно используется для деморализации противника - методом преувеличения его потерь и гипертрофированным изображением собственных успехов

И все же текущее вооруженное противостояние Азербайджана и Армении в Нагорном Карабахе в сентябре 2020 года отличается беспрецедентным количеством сообщений, за которыми почти сразу следует опровержение с другой стороны. Это затрудняет анализ ситуации международными наблюдателями, вызывает недоверие к любым официальным заявлениям Баку и Еревана.

Сомнительных цифр, фактов, непрозрачных эпизодов за дни боевых действий в сентябре накопилось великое множество. К примеру, по информации Минобороны Армении, было сбито 49 азербайджанских беспилотников, но опубликовано фото обломков лишь одного аппарата. В свою очередь, Минобороны Азербайджана сообщило об уничтожении 18 армянских БПЛА, а также 80 армянских танков и целого полка личного состава (около двух тысяч человек).

Карабахское обострение и "сирийский" опыт применения БПЛА

За минувшее десятилетие военно-политической турбулентности в зоне непризнанной НКР Армения и Азербайджан потеряли в боевой обстановке всего около 20 беспилотников. Для быстрого уничтожения армянского полка, позиции которого по фронту в обороне занимают не один километр, пожалуй, требуется оружие массового поражения. Впрочем, и Минобороны Армении сообщило о ликвидации 790 азербайджанских военнослужащих. Если это реальные потери, то при таких темпах двух армий до зимы не хватит. Напомню, по разным оценкам до мобилизации у Азербайджана было от 65 тысяч до 126 тысяч "штыков", в армиях Армении и непризнанного Нагорного Карабаха – до 65 тысяч действующих военнослужащих.

Истребитель F-16 против штурмовика Су-25

Минобороны Армении заявило, что 29 сентября истребитель F-16 турецких ВВС поднялся в воздух с азербайджанского аэродрома Гянджа и сбил армянский штурмовик Су-25 в районе Вардениса. Летчик - майор Валерий Данелин - погиб. Опубликованы фото обломков самолета, по которым сложно определить причину катастрофы. Армянское военное ведомство обещает предоставить более полные доказательства вовлеченности турецких сил в боевые действия. А пока Азербайджан и Турция информацию об авиаударе опровергли. В Баку отметили, что вообще не используют боевую авиацию.

По данным помощника президента АР Хикмета Гаджиева, два армянских Су-25 взорвались, врезавшись в гору. Такое случалось ранее в условиях плохой видимости - в Армении и в других странах. Самолет мог упасть и по причине технического износа и от случайного (дружественного) огня армянских средств ПВО. Если же армянский Су-25 сбит противником, чем специалисты Минобороны РА отследили полет турецкого истребителя F-16 и почему не нанесли ответный удар, хотя бы по аэродрому базирования Гянджа? Все это выглядит пока нестройно.

Совбез ООН сделал заявление по Нагорному Карабаху

На встрече с журналистами 30 сентября армянский премьер-министр Никол Пашинян уклонился от прямого ответа о возможности применения против Азербайджана (и F-16) истребителей Су-30СМ и ОТРК "Искандер".

Россия и большинство стран мирового сообщества призывают Баку и Ереван к немедленному прекращению огня. Президент РФ Владимир Путин 29 сентября в разговоре с армянским премьер-министром Николом Пашиняном выразил серьезную озабоченность боевыми действиями в зоне конфликта и акцентировал внимание на необходимости деэскалации. Разговор президента РФ Владимира Путина с азербайджанским коллегой Ильхамом Алиевым состоится при необходимости.

Политолог назвал конфликт в Нагорном Карабахе "войной на истощение"

128
Теги:
Азербайджан, Армения, Нагорный Карабах
Темы:
Обострение ситуации в Карабахе
Кадетский корпус Министерства обороны стал Военным колледжем

Кадетский корпус Минобороны стал Военным колледжем - что изменится

0
Учебное заведение будет выпускать специалистов "менеджмента младшего звена в военном деле"

НУР-СУЛТАН, 1 окт – Sputnik. Кадетский корпус министерства обороны преобразован в Военный колледж, сообщает пресс-служба ведомства.

"Такое решение продиктовано необходимостью приведения названия в соответствие с Законом РК "Об образовании", где учебные заведения, реализующие образовательные программы технического и профессионального образования, именуются колледжами", - поясняется в сообщении.

Изменения скажутся и на наименовании получаемой специальности. Если ранее выпускникам Кадетского корпуса присваивалась профессиональная квалификация "младший специалист военного управления", то теперь учебное заведение будет выпускать специалистов "менеджмента младшего звена в военном деле", практически сопоставимых с гражданскими управленцами. При этом наименование воинской должности обучающихся "кадет" останется прежним.

 В канун Дня защиты детей юные кадеты показали красивый парад
© Photo : пресс-служба департамента полиции Алматинской области
В настоящее время Кадетский корпус – ныне Военный колледж Министерства обороны РК имени Шокана Уалиханова – является основным центром подготовки профессиональных сержантов для Вооруженных Сил.

Военный институт Сухопутных войск Казахстана будет носить имя Сагадата Нурмагамбетова

Ежегодно на поступление в учебное заведение претендуют в среднем 1500 молодыx казаxстанцев. К слову, в 2020 году в учебное заведение поступили свыше 240 кадетов. С 1996 года учебным заведением подготовлено более 2800 сержантов-профессионалов, которые успешно проходят службу в Вооруженных Силах и других силовых структурах страны.

Обучение в учебном заведении бесплатное, срок составляет один год и 10 месяцев. Кадеты обеспечиваются проживанием, питанием и вещевым имуществом. За это время будущие младшие командиры постигают военную науку, как в теории, так и на практике.

Студенты вузов Нур-Султана штурмуют военкомат, чтобы пройти медкомиссию

В процессе обучения с каждым кадетом заключается контракт о прохождении воинской службы в Вооруженных Силах на должностях сержантского состава сроком на 10 календарных лет. Кадеты распределяются в воинские части на должности командиров отделений с перспективой карьерного роста до Главного сержанта Вооруженных Сил.

0